Ну что сказать, в субботу мы похоронили Шрека. А он уже был таким хорошим: толстенький, ласковый. Я помню как он приполз к нам умирающим от голода и две недели боялся войти в дом. Жил под порогом. За зиму он похорошел, стал домашним, толстым. Только вот с котами так и не сдружился. Слишком взрослым пришёл к нам. Две недели назад он ушёл гулять, всё как всегда, а когда вернулся, то есть не стал. Так продолжалось больше недели. Ему то становилось лучше, то хуже, я его накачивала антибиотиками. Больше нечем. Он исправно их ел, но в субботу его не стало. Когда мы с Дианой пришли с работы он уже остыл. Я подозреваю, что он съел на улице что-то отравленное, так как с него клочьями выпадала шерсть и была рвота. Теперь дрожу за каждого их оставшихся. Сегодня видела Льва, который играл в чужом огороде словленной мышью. Где гарантия, что она не отравлена? Как я боюсь за вас, мои человекокоты!